хоккей, hockey, сокол киев, sokol kiev kiew, кхл, нхл, чемпионат мира, hockey fights, мир хоккея, equipment, украинский хоккей, по хоккею беларуси россии, чемпионат мира по хоккею, детский хоккей, чемпионат россии высшая лига

Хоккейные публикацииСокол«Они играли за Киев». Георгий Юдин

06-08-2012 21:44 Геныч

Сайт «Гнездо» к 50-летию киевского «Сокола» («Динамо») начинает знакомить с игроками и тренерами, стоявших у истоков зарождения хоккея с шайбой высокого уровня в Киеве.

Досье:
Георгий Григорьевич Юдин. Родился 16 февраля 1937 года. Выступал за киевское «Динамо» с 1963 года по 1968 год.

Хоккейный и футбольный нападающий. Воспитанник школы «Динамо» (Ленинград). В 1950-е годы входил в сборную Ленинграда по футболу. Выступал за хоккейные команды: «Кировец» (позднее «Авангард»») (Ленинград), «Даугава» (Рига), «Динамо» (Киев), «Торпедо» (Минск).

В сезоне-1960/61 стал одни из лучших бомбардиров чемпионата СССР в Высшей лиге (20 голов, 4-е место)

В составе студенческой сборной СССР стал серебряным призером Универсиады 1962 года в Швейцарии. В конце 90-х работал в сборной команде Украины.

Был тренером в клубах «Нефтяник» (Ухта), «Торпедо» (Минск) и «Краковия» (Краков, Польша).

В настоящее время работает менеджером по экипировке в ЦСКА.

«ТРЕНЕРЫ ЗАМЕНИЛИ НАМ РОДИТЕЛЕЙ»


Петербургские спортсмены – воины и блокадники, популяризация их подвига среди молодежи

Дети войны прошли через многие страдания, преодолевая страшные психологические и физические травмы, которые многие из нас никогда не ассоциировали бы с мгновениями детства. Они рано взрослели, ступень за ступенью преодолевая лестницу жизненной спирали, стараясь реализовать себя в послевоенной жизни. Дети-блокадники, пережившие все ужасы Великой Отечественной войны, стали символами нашего города, разнося по всему миру весть о стойкости и героизме ленинградцев.

Георгий Григорьевич Юдин – коренной ленинградец, пережил блокаду с первого до последнего дня и вместе со всей страной встретил Победу. После завершения войны Георгий Григорьевич стал хоккеистом. Начинал в команде родного города «Кировец», затем выступал за клубы Латвии, Украины и Белоруссии. Не расстался с любимым видом спорта и после завершения игровой карьеры, став тренером. И сейчас, в 75 лет, он продолжает трудиться – в ЦСКА.

Вой сирены до сих пор стоит в ушах

– Георгий Григорьевич, как для Вас началась Великая Отечественная война?

– Война застала меня со старшим на два года братом Игорем под Питером – в детском лагере поселка Песочное. 22 июня должен был состояться родительский день – мы готовили к приезду родных театральное выступление. Утром нам сказали, что выступления не будет. Долго не могли понять – как так? Так началась для нас война. Мать забрала нас в Ленинград. До сих пор стоит в ушах вой сирены и слова: «Воздушная тревога! Воздушная тревога!». Мы все бежали в бомбоубежище, и только дежурные поднимались на чердак, где стояли большие бочки с водой и огромными щипцами для тушения пожара: в случае попадания в дом зажигательной бомбы. Когда самолеты улетали, то мы с другими детьми лазили на крышу – смотреть на эти «бочки». Мы жили в центре Ленинграда на проспекте Добролюбова, и наш детский сад, который находился возле школы №77, посадили в поезд и отправили в эвакуацию. Под Старой Руссой (Новгородская область) эшелон разбомбили фашистские бомбардировщики. Все повыскакивали из вагонов и разбежались. Когда завершилась бомбежка, детей собрали, и отвели в какую-то школу. Там нас напоили молоком с хлебом и отправили назад в Ленинград.

– Большая у вас была семья?


– У моих родителей было трое детей. Кроме нас с Игорем, был еще младший брат Владимир. Отец до войны был токарем на одном из заводов Ленинграда, а мать работала бухгалтером в детском саде. Помню, что в детстве очень любил и не понимал слово «зарплата». Отец в этот день покупал много сладостей, и в семье был настоящий праздник.

Сперва волейбол, затем футбол и хоккей

– Как вы пережили блокаду Ленинграда?


– В начале войны отца забрали на фронт, где он пропал без вести. До сих пор не знаем, что с ним случилось. Старший брат Игорь долго болел, а младший так и не пережил блокаду… Матери было очень тяжело с тремя сыновьями. Наша семья жила в трехкомнатной коммуналке. Когда мы с матерью несколько дней не появлялись на кухне, сосед подумал, что мы умерли и начал выбивать дверь нашей комнаты. Он появился в дверном проеме и спросил: «Оля, ты жива?». А, мы, лежали, не в силах ему ответить. Брат Игорь сильно заболел. Пришел доктор, долго обследовал его, а в конце насыпал банки супа… Мать боялась нас с братом выпускать на улицу одних, и мы все время практически находились дома. Поэтому снятие блокады помню плохо.

– Как сложилась ваша послевоенная жизнь?


– После войны мать, чтобы прокормить нас и поставить на ноги, уехала работать на Чукотку. Мы с братом остались на попечительстве у бабушки-домработницы, которая через какое-то время пропала где-то и мы с братом росли одни. Мать нам высылала по 800 рублей в месяц. Нам, детям-блокадникам, которые почти все были сиротами, в послевоенные годы родителей заменили учителя и тренеры. До сих пор с благодарностью вспоминаю своего преподавателя физкультуры Николая Ивановича Захарова и первого тренера Федора Алексеевича Гаврилина, которые мне заменили отца. Вначале я занимался волейболом, затем футболом и хоккеем. Без матери тяжело было питаться, но деньги на еду были. Завтракал в диетической столовой, обедал в школе, а ужин делал себе самостоятельно. Вечером, возвращаясь домой после тренировки, покупал на два рубля булку и цветные леденцы, которые растворял в чае.

– Долго не виделись с матерью?


– Мать через какое-то время вышла замуж за военного, и забрала нас с братом в Германию, куда был направлен служить отчим. Помню футбольные игры между немецкими подростками и детьми советскими военных. На поле были настоящие «битвы». Через год мы вернулись в Ленинград.

Наши матчи со СКА собирали полные трибуны


– Как вы стали хоккеистом?

– После войны, несмотря на то, что в спортивных магазинах не было инвентаря, все необходимое нам выдавали в спортивном обществе «Динамо», которое находилось недалеко от моего дома. Я стал капитаном футбольной и хоккейной юношеских команд и до сих пор помню, как дядя Ваня выдавал мне динамовскую форму.

Летом я играл в футбол, а зимой в хоккей. Долго не мог определиться – на каком из этих видов спорта остановится. В футболе играл за сборную Ленинграда и, занимался после школы «Динамо» в дубле «Зенита», но все-таки выбрал хоккей. Из «Динамо» перешел в команду «Кировец», один из трех клубов Ленинграда, игравших тогда в Высшей лиге чемпионате СССР. Затем его переименовали в «Авангард». Романтические были времена: наш город поднимался из руин, мы были молоды и полны сил. Московские команды были сильнее нас, но мы на равных играли с лучшим клубом Ленинграда – СКА (ранее ЛДО, ОДО, СКВО). Наши матчи собирали полные трибуны. В 1957 году опередили их на одну строчку в турнирной таблице – мы заняли четвертое место. Несмотря на все послевоенные трудности, мы сочиняли стихи, любили и играли. Мой напарник по тройке нападения Герман Аксенов перед одним из матчей сочинил вот такой стих:

В команде всякий есть народ,
Без головы и с головою.
Иные прячутся за борт,
В часы тревожные порою.
Я их не буду называть –
В команде каждый «зайцев» знает,
Семеныч* их пора призвать на лед –
Пускай за дело «умирают».


*- главный тренер «Кировца» Анатолий Семенович Викторов

– Как в дальнейшем сложилась судьба вашей семьи?

– Судьба многих из нас, детей-блокадников сложилась по-разному. Мой родной брат Игорь, который пережил со мной блокаду, вначале работал в Ленинграде, а затем в Москве – в Институте атомной энергии им. И. В. Курчатова. Был лауреатом Государственной премии. Но после того как его сын эмигрировал в Америку в конце 1970-х, брата уволили с работы.

Я же свою жизнь посвятил хоккею. Успел поиграть, кроме Ленинграда, в Латвии, Украине и Белоруссии. Тренировал клубы России, Украины, Белоруссии и Польши. Сейчас работаю в ЦСКА.

Мать моя, Ольга Валентиновна, умерла в 2006 году в возрасте 93 года. Похоронена она в колумбарии блокадников в Ленинграде. Когда проведываю ее могилу, то вижу, сколько умерло жителей блокадного города с 1941 по 1944 год, как много среди них детей. Такого больше не должно повторится…

Газета: «Спорт день за днем» (Санкт-Петербург)

Вот что хочу сказать по этому поводу...


В период 1975-1979 г.г. Юдин Г.Г. тренировал также команду «Прогресс» (Глазов). Воспитанники этой команды Сергей Горбушин и Сергей Лубнин в разное время играли в киевском «Соколе».
Да, возраст не всегда помеха для спорта — здоровья вам...
Здравствуйте,Георгий Григорьевич!Рад за то,что до сих пор Вы не ушли от хоккея!Крепкого здоровья и успеха!
С уважением,Бобровников Василий.
Здравствуйте Георгий Георгиевич. Школа № 40 г. Киев Спасибо Вам за тренировки , сборы. Спецкласс 5-Е . Днеродзержинск где мы первое место заняли , летние тренировки на базах . Какое было детство , какая команда . Это Жук Александр помните , сейчас живу в Швеции , здоровья Вам долгих лет жизни .
Здравствуйте Георгий Григорьевич!Спасибо Вам большое за те годы,которые Вы нас тренировали в Киеве!Спецкласс помните?Это Горбунов Максим.Здоровья Вам и долголетия!
с Уважением Юрий Фатюшин.
Доброго здоровья. Передавайте опыт молодежи. Настроения. И всего самого самого наилучшего. От всего сердца.
Георгий Григорьевич низкий вам поклон!!!
Да,жизнь прожить не поле перейти.